понедельник, 11 декабря 2006
Мне странно думать, что при всей нежности и мягкости я стойкая и гордая. Иногда жесткая.
Я не люблю, когда люди ноют или провоцируют меня на какую-то конкретную реакцию. Меня раздражает, когда люди неосознанно построением фраз, интонациями или поведением пытаются подтолкнуть собеседника (в т.ч. меня, но обычно такая тенденция входит в привычку и распространяется на всех) к определенному наводящему вопросу, утешению, выводу. Я не люблю эти игры, у меня возникает ощущение, что человек заранее спланировал сценарий разговора и теперь ожидает, что я стану играть по его правилам. Например, начну расспрашивать; или кинусь утешать; или кого-нибудь разложу по полочкам. Запомните, мое самомнение в общении с людьми сильно подогрето уверенностью в собственном знании человеческой натуры. Для семнадцати лет я понимаю мотивы людей довольно неплохо, даже более чем. И когда мне кажется, что мной, как дурой, пытаются манипулировать, я ставлю табу на симпатии к данному индивиду; это с одной стороны бесчестно чисто по-человечески, с другой - является пощечиной моей гордыне.
А гордыня - это отдельная песня, но о ней я расскажу чуть дальше.
РазноеКак ни парадоксально с моей точки зрения, такая игра в "пожалей меня" встречается сплошь и рядом. И никто даже не обращает внимания на такую неестественность, запланированность общения. Очень многие, ведущие разговор именно в таком ключе, не ориентированы на общение как на взаимосвязь двух полноценных личностей; для них просто всякий человек - прохожий, собеседник, родственник - это (1) объект приложения своих приемов и (2) субъект, от которого нужно добиться определенной реакции (самое частое - сочувствие и похвала). И самое главное - это происходит на подсознательном уровне, вообще не проходит через мозг. Поведение демонстративное совершенно неосмысленно. Если бы люди чаще задумывались "а почему я напускаю на себя такой грустный вид и так загадочно растягиваю окончание фразы?", жить стало бы несколько легче. Мне приятнее услышать прямое "пожалей меня", чем чуствовать, что меня провоцируют на жалость. Испытывая такую жалость, я загоняю ее пинками куда подальше и начинаю вместо нее испытывать стойкое отвращение. И дело не в том, что я не умею или не могу сочувствовать. Напротив, я люблю погладить по голове несчастного, который мне плачется в жилетку. Правда. Мне это очень льстит - что человек доверяет мне, что я для него - поддержка и опора, что мое плечо имеет значение. Но это приятно ровно настолько, насколько доверие плачущего обусловлено моими личными качествами. Когда я всего лишь первый попавшийся носплаточек, мне сразу же хочется съебнуться смотаться куда подальше, потому что я, опять-таки, чувствую себя оскорбленной. Да-да, я уже говорила, что я очень горда? Так вот, мы изящно докатились до темы гордыни.
Моя гордыня (и гордость тоже) - мощнейший рычаг. Вообще-то я обратила внимание, что ни гордости, ни гордыни у очень многих людей нет - они просто бесхребетны. Самолюбия-то у всех предостаточно, а вот с этим проблемы. Впрочем, и у меня сгордостью проблем тоже хватает - например, чувствую себя тряпкой, если прошу у кого-то помощи по учебе (физика и химия не в счет, я уже давно сдалась на этом поприще, но вот математика или английский...); или я кусаю губы, плачу, но ни за что не скажу человеку, что мне больно, потому что это значит поджать хвост и вернуться к отправной точке; или бесполезно дуюсь на того, кто ко мне неуважительно обратился. Но самое мерзопакостное - это праведный гнев перед лицом бесхребетности, нытичности и отсутствия гордости.
Потому что я знаю, что я - нытик, такой же как и все другие нытики; и я смотрю на них и думаю: "Вы любите себя слишком сильно, но вы не любите свою гордость. Вы лелеете свои проблемы и засовываете в задницу свою силу. Чем я лучше вас? Ничем. Но я опираюсь на свою гордость и не позволяю себе ныть изо дня в день, я держу язык за зубами и иду вперед. Я такой же нытик, как и вы. И если вы не можете сделать то же самое, что делаю я, значит вы просто безвольные тряпки, которые не могут себе позволить такой роскоши, как самоуважение".
Бесхребетность - это, имхо, обыкновенная подлость. Неумение устоять перед лицом соблазна. Недавний пример: приходит новый препод в группу, где у ученика А, единственного знакомого преподу, ссора с учеником В. Преподаватель, естественно, просит написать список присутствующих, но, поскольку старосты нет, список волею судеб пишет ученик В. Преподаватель пробегает глазами по списку и замечает, что отсутствует фамилия ученика А (он-то знает). Мне вот интересны ощущения ученика В в этот момент: что он чувствовал? Стыд? Обиду? Злость, что все сорвалось? Сожалел ли он, что поступил так подло? Ведь сомнений нет: поссорившись с кем-то и испытывая по этому поводу негативные эмоции, ты неизменно помнишь человека; пропустить его одного (!) в списке можно только намеренно. Это мелкая, жалкая подлость. Где гордость? Нету ее, если ничто не удержало тебя от таких глупых поползновений. Фу.
Гордость и самоуважение взаимосвязаны для меня примерно так же, как гордыня и самолюбие. Все эти прекрасные плюшки лично у меня имеются в избыточном количестве. Но интересный парадокс: если самолюбие очень располагает к саможалению, то самоуважение его четко блокирует. Понимаете, о чем я? Это отличный показатель, что сильнее - любовь или уважение к собственной персоне? Любить можно кого угодно (сердцу не прикажешь, а уж в случае с собой любимым...), вот уважать - далеко не всякого. Тот, кто уважает себя, гордится собой, и, как следствие, не позволит того, что вызвало бы у него самого презрение. А я, опять же, презираю тех, кто без толку себя жалеет и ноет. Круг замкнулся.
ППКС.Мда.Хотя ныть я люблю*)
Эх.)
Эх?Со смайлом?Я еще не потеряна для общества?*_*
Даже елси оно так - в любом случае, для общества потеряны мы вместе, а значит, что еще не потеряны друг для друга Х))